puffinus: (Default)

С удивлением заметил, что я, оказывается, ещё ни разу прямо не высказывался о такой крупной фигуре современности, как Иосиф Виссарионович Джугашвили (Сталин). Виноват, оговорился: конечно же, это фигура прошлого. Но, поскольку сейчас в российских левых кругах только и разговоров, что о нём, то моя ошибка простительна.

Итак, Сталин. Вот он:



Сразу оговорюсь: личности самого Сталина я касаться не намерен, ибо он, как я слышал, уже умер, причём 57 лет назад. Мне, знаете ли, и с живыми заморочек хватает, буду я ещё возиться с мёртвыми. Посему мне совершенно неинтересно, хорошим ли он был человеком, талантливые ли стихи писал, какие женщины ему нравились и какой марки табак он курил. 

Иное дело - Сталин как историческое явление. Вот этот предмет в самом деле достоин разговора. Но разговора серьёзного, научного, без оценок типа "хорошо - плохо". Давайте, простоты ради, представим, что все события, о которых идёт речь, происходили давным-давно, в одной далёкой-далёкой галактике.

Начать придётся с самого 1917 года. Что, собственно, тогда произошло? Развитие России по пути периферийного капитализма привело к двум (на самом деле - к большему числу, но тогда на первый план выпирали эти две) проблемам: а) страна даже полвека спустя после эмансипации крестьян так и не смогла ликвидировать помещичье землевладение и полностью перейти к капиталистическим отношениям в сельском хозяйстве; б) Россия, зависимая от иностранного капитала, оказалась втянута в мировую войну в интересах хозяев своей экономики - французского, английского и бельгийского капитала.

В 1917 году обе эти проблемы встали во всей своей остроте. Собственно, весь этот год был, по сути, тендером на их разрешение. Такова суть революции 1917 года (я всё же настаиваю, что это была одна революция - Февраль и Октябрь лишь её этапы). Тендер, как известно, выиграли большевики. Другие политические силы либо не смогли разобраться с этими проблемами, либо не захотели, либо и то и другое. Революция продолжилась гражданской войной, в ходе которой обе породившие её проблем были решены.

Далее - термидор. Да-да, и не нужно произносить слово "термидор" так, будто это что-то плохое. Просто признайте: никакой процесс (а революция - именно процесс) не может вечно оставаться в своей высшей точке, на пике. В наибольшей степени это относится к революции после того, как задачи, обусловившие её необходимость, разрешены. Суть термидора всегда одинакова: новая элита, порождённая революцией, становится не заинтересована в её дальнейшем развитии. Зачем менять что-то ещё, если те люди, которым должна принадлежать власть, уже получили её? Термидор не хорош и не плох - он неизбежен.

В нашем случае это 1921 год. Гражданская война завершена, но новая, большевистская элита не делает никаких шагов к ликвидации однопартийной диктатуры. И это опять-таки закономерно: когда же политическая сила, владеющая властью, добровольно отказывалась от неё? Кронштадтцы, выступавшие за власть Советов (именно Советов, не большевиков) разгромлены без всякого милосердия. В то же время, партия ради сохранения своей политической власти идёт на уступки в сфере социально-экономической: провозглашает НЭП.

Это - термидор. Забавно, что Троцкий. в 30-е годы клеймивший советский строй за бюрократическое перерождение, сам в немалой степени ему поспособствовал. Он был активным участником советского термидора - и в итоге оказался одной из его жертв.

Далее - конец 20-х годов, брюмер. И здесь мы переходим уже непосредственно к Сталину.

Партийная верхушка (точнее говоря, партийный аппарат) уясняет, что для сохранения её положения необходимо сверхмощное государство с концентрацией власти в руках одного человека. В данном случае это глава партийного аппарата - генсек Сталин. Брюмер необходимо понимать диалектически: как прекращение революции, и одновременно как её продолжение - фиксацию её итогов. И не только для новой элиты, но и для всех классов. Это государство венчает собой уже другое общество, принципиально отличное от того, что было до революции.

Да, Сталин был советским Наполеоном. Он не просто играл ту же историческую роль - сходство проявлялось даже в мелочах. Например, Наполеон возродил дворянские титулы - Сталин возродил офицерские звания. Это опять-таки закономерно: что же за революция такая, после которой не приходит Наполеон?

Итог брюмера - создание могучего в военном и политическом отношениях, экономически независимого государства (идеология которого пропитана милитаризмом), которое оберегает власть советской элиты, возводящей свою родословную к 1917 году. Но одновременно оно обеспеивает завоевания революции для всех граждан. Тут вам и широкие социальные гарантии, и всеобщее бесплатное образование, и небывалая для России вертикальная мобильность. В целом, массы получили то, за что выступали в 1917 году - хотя и не без оговорок, конечно.

И тут я спускаюсь с сияющего Олимпа научной беспристрастности на обывательский уровень. И могу позволить себе такой разврат, как субъективные оценки.

Лично мне Сталин отнюдь не симпатичен. Не люблю, знаете ли, мастурбировать на государство, и ещё меньше люблю, когда в качестве воплощения этого государства предстаёт конкретный человек - который с какого-то мужского полового считается выше меня, вас, любого другого гражданина; ему при жизни ставят памятники и посвящают поэмы. Но это не мешает мне сознавать: на том этапе Сталин был практически неизбежен, его сформировала логика революции. Он был нужен.

Если кто-то хочет восхищаться исторической фигурой Сталина - его/её дело. Если кто-то желает проклинать Сталина - см. предыдущую фразу. Это не важно. Важнее другое: понимать смысл этой фигуры и причины, создавшие её. Сталин был необходим на том этапе, но это вовсе не значит, что нужно стремиться в будущем скопировать его государственную систему. Да и не забывайте, сколько народу погибло при нём в репрессиях, причём миллиард из них Сталин расстрелял лично.

А ещё важнее вот что: цикл, начатый 1917 годом, закончен. Теперь идёт другая эпоха. Перед нами стоят другие проблемы, а значит, и решать их мы должны иначе.

Как-то так.
puffinus: (Default)

В Коммунистической Фантастике появился короткий рассказ, вызвавший срач, на который он, по признанию автора, и был рассчитан.

Я пытал олигархов, грабивших и спускавших в золотые унитазы собственную страну. Они кричали, умоляли, бились в истерике, когда циркулярная пила вгрызалась в еще живую, теплую, сытую и холеную плоть. Их крики до сих пор отдаются эхом в моей голове, и я не могу их заткнуть.
Я насиловал фотомоделей, что вертели задницами перед телекамерами, возбуждая озабоченных подростков-дегенератов. Мой отряд из десятерых парней, штурмовавший Останкино, был благодарен мне за ту вечеринку, что я устроил на вершине Башни. Я до сих пор чувствую вкус свежей женской крови на своих губах.
Я делал сорокаведерные клизмы уродам-сутенерам, надеясь таким вот образом прочищать им мозги. Мне очень хотелось, чтобы каждый из них почувствовал себя женщиной из числа тех, которыми они торговали.
Я вешал на фонарных столбах мародеров, которые хотели, воспользовавшись заварушкой, урвать побольше народного добра.
Я потерял счет наркоторговцам, которых собственноручно забивал насмерть – чтобы мои ребята не марали руки об эту погань. Когда на меня накатывала смертная скука, я обычно завершал дело штык-ножом, и эти мерзкие, обрюзгшие свиньи умирали в жутких корчах, истекая кровью из распоротых шей.


Легче всего записать героя рассказа (а с ним и автора) в маньяки и садисты, и на этом успокоиться. Но на самом деле перед нами - важная и сложная проблема.

Автор, значит, пишет, а в комментах многие одобряют поступки его героя. И теперь я спрошу: имеет ли это желание убиватьнасиловатьвешать основания? Мой ответ: да, имеет. Оно вполне закономерно. Что вы хотите, если тебя (вместе со всем народом) который уже год грабят и унижают, да ещё предельно нагло - будешь мечтать ещё и не о таком. Чего уж греха таить, даже патологически доброго меня порой посещают такие желания. Но я с этими прекрасными порывами поступаю по завету Пушкина.

И вот здесь начинается целый ряд "но".

Во-первых, в самом желании убивать нет ничего опасного для существующего порядка. Оно не революционно, и уж тем более не коммунистично. Революционной может быть цель, ради которой ты убиваешь, и именно она имеет первостепенное значение. А погром - он и есть погром. Ну убил ты кого-то (пусть и очень плохого человека), а дальше что?

Во-вторых, ненависть - это страсть. А достойно ли человека руководствоваться страстями, да ещё в таком важнейшем деле, как революция? Если страсть не обуздана разумом, из этого ничего хорошего не выйдет. Там в комментах правильно заметили: если ты в порыве ненависти убил олигарха - вполне возможно, что тобой воспользовался другой олигарх, чтобы устранить конкурента.

(кагбэ лирическое отступление) Ныне существующий в России порядок неразумен - в том плане, что от граждан страны разум не требуется, им достаточно голосовать сердцем. На чём, например, в своё время выехал Путин? Он не предложил никаких свежих идей, не выдвинул никакой программы - тупо предстал в образе крутого чмо мачо, к тому же государственника. И ширнармассы его полюбили, разум же в этом не участвовал. Достойно ли это, я вас внимательно спрашиваю? А потому, если в России возможна революция, то она будет (подобно большинству других революций) рационалистической. Как во Франции, как в Россиийской империи, как практически везде. Разум людей пробуждается, играть на их эмоциях становится невозможно - и они берут власть в свои руки.

В-третьих, в ходе революции кровь, видимо, неизбежна - но она вовсе не является её целью и её главной частью. Тот же, кто ставит кровопролитие на первое место и заранее вслух мечтает о вкусе свежей женской крови на губах (фотомодели-то, кстати, чем виноваты?) - объективно работает против революции. Очень многие, услышав подобное, подумают: "Чем такие отморозки, уж лучше Медведев. Мы даже готовы подарить ему ещё один аккаунт в ЖЖ". Враги стремятся представить коммунистов кровожадными маньяками - так зачем подыгрывать им в этом?

В-четвёртых: как я уже говорил выше, убивать, скорее всего, будут. Много и жестоко. Слишком уж много для этого сделали нынешние хозяева страны. Поэтому задача революционера - не возбуждать жажду крови, а напротив, стремиться свести террор к минимуму и ввести его в разумные рамки. Постараться, чтобы были убиты только те, кого нельзя не убить (в идеале, конечно, желательно вообще никого не убивать - но в жизни, увы, так не бывает). Как Цезарь, описанный у Бернарда Шоу, никогда не убивал ни из мести, ни ради справедливости - он убивал лишь тогда, когда это было необходимо. Берите пример с него.

Коротко говоря: разум, разум и ещё раз разум! Всё остальное - от лукавого.
puffinus: (Default)
 
Навеяно дискуссией в комментах к позапрошлому посту.

Возьмём какую-нибудь условную страну - не обязательно Россию, можно, например, Индию времён британского владычества (чтобы лишний раз помянуть всуе имя Ганди). Важно то, что власть в этой стране абсолютно чужда населению и никак от него не зависит. Надо с ней бороться, но как?

Одни говорят: насильственные методы - это плохо, нужно действовать иначе. Собираться на митинги, устраивать акции гражданского неповиновения, вести пропаганду...

Да какие тут митинги? - возражают им другие. Полиция злобствует-зверствует хуже любых оккупантов, а тут вы со своей ахимсой. За оружие надо браться - да вот некоторые уже и берутся. И отвечать на удар ударом.

А где здесь, собственно, противоречие? Конечно, если цели можно достичь одним лишь ненасилием, то и отлично. А если нет - тогда те и другие методы должны сочетаться и гармонично дополнять друг друга (не забывайте, я всё ещё говорю о некой условной стране, и никого ни к чему не призываю... то есть призываю, но лишь к тому же, к чему и всегда - включить мозги). Тот же Ганди завоевал независимость Индии без единого выстрела, чистой ахимсой. Но это ему удалось лишь потому, что вместо него стреляли другие.

Заметьте, я говорю о насилии вообще, не обязательно об убийствах. Заехать кому-нибудь в ухо - это тоже насилие.

Взять, к примеру, пропаганду. Может быть, кого-то мои слова и шокируют, но один из самых эффективных методов пропаганды - насилие. Уж оно-то всегда будет привлекать внимание, и к любым заявлениям вооружённых повстанцев общественность наверняка прислушается.

Или, скажем, торг с властью станет куда более успешным, если заодно с тобой действует некоторое количество людей, имеющих оружие и не боящихся его применять. Ты в этом случае играешь роль "доброго полицейского" - примерно как и Ганди. А власть становится куда более сговорчивой.

Я, собственно, хочу сказать лишь одно: не стоит заранее отказываться от каких-то методов и осуждать их.
puffinus: (Default)
Товарищи, у меня к вам такой вопрос: а если бы Маркса с Энгельсом просто не было в истории? Скажем, они бы тупо не родились? Или родились бы, но стали обыкновенными немецкими бюргерами? Что изменилось бы?

На мой-то взгляд - не так уж и многое. Одно дело - существование какой-то закономерности, и совсем другое - её открытие. Яблоки как падали на землю до рождения Ньютона, так и продолжали падать после его смерти.  И закон сохранения вещества существует независимо от биографии как Ломоносова, так и Лавуазье.

Точно так же и капитализм в своё время должен смениться социализмом - независимо от Маркса с Энгельсом. К этому неумолимо ведёт логика событий. Не отдельным людям - и даже не партиям - поколебать эту логику.

И потому лично мне представляются бессмысленными разговоры о том, что, дескать, только партия, вооружённая единственно верным марксистским учением может положить конец господству капитала. Если это так, то грош цена такому учению. Чего стоит общественная закономерность, которая может осуществиться или не осуществиться из-за существования какойц-то партии?

Партии, конечно, играют свою роль - но, так сказать, второго уровня. На события первого уровня - движение классовых сил - нои могут повлиять лишь в очень малой степени.

Или у кого-то другое мнение?
puffinus: (Default)

Я обычно предпочитаю говорить своими словами, не прячась за широкими плечами классиков. Но здесь не смог устоять - уж больно цитата подходящая.

Демократическая республика не уничтожает противоположности обоих классов — она, напротив, лишь создает почву, на которой развертывается борьба за разрешение этой противоположности.

Именно так. И это - ответ всем, кто упрекает меня, что я, дескать. вместо того, чтобы бороться за диктатуру пролетариата, требую демократической республики. Действительно, чтобы создать почву, на которой пролетариат сможет бороться за социально-экономическое доминирование и политическую власть - нужна демократическая республика. Она не решает проблему - но она делает её решение возможным.

Догматики наподобие Петровича утверждают, что формально такая республика в России существует. И что с того? Римская империя до Диоклетиана формально была республикой, а император Нерон формально был тупо сенатором.

Смотреть-то надо не на форму, а на реальность. Без демократической республики у нас вообще ничего не будет.

puffinus: (Default)

Предположим, Кровавый Режым наконец-то пал. Мы ещё есть, а его уже нет. При этом российскому пролетариату в лице своих партий или ещё в какой-либо форме взять власть не удалось, но он оказался достаточно силён, чтобы заставить пришедшую к власти либеральную буржуазию считаться с собой. Планировать пролетарскую революцию в ближайшем будущем, на мой взгляд, излишне оптимистично - хотя стремиться приблизить её, конечно, нужно.

Так вот: какая политическая система в этом случае представляется наиболее желательной?

На мой взгляд, главное - не допустить появления нового Ельцина/Путина, то есть концентрации власти в одних руках. Новый царь не нужен ни нам, ни, думаю, либералам. А такая опасность весьма велика. В том числе и в силу пресловутой российской монархической традиции. С одной стороны, конечно, традиция сильна лишь в том случае, когда имеет под собой прочные объективные основания. А с другой - ну вот привыкли у нас люди, что во главе страны стоит кто-то один. Эта традиция, что ни говори, реальна ("Великая в обычае есть сила; привычка людям - бич или узда..."), и с ней необходимо реально бороться. Но как?

Опять-таки: я оставляю без рассмотрения тот вариант, что рабочие советы окажутся достаточно сильны, чтобы взять власть в свои руки. Если получится, так и замечательно - но исходить надо из того, что не получится.

Тут, конечно, наиболее очевидный выход - парламентская республика. Он имеет много плюсов, хотя и минусов немало. Но что, если взглянуть и на другой вариант?

Если проблема в том, что верховный чиновник сосредотачивает в своих руках всю власть - вполне эффективным способом её решения представляется разделение верховной исполнительной власти. Да-да, как в Риме. Этих чиновников должно быть двое. Чтобы получилось по "Бесприданнице" Островского: "- Кто мешает? - Вы мне мешаете, а я вам".

Нечто похожее в России уже бывало: как известно, с 1991 по 1993 год, наряду с президентом, существовал и вице-президент. Но ведь это лишь полумера (которая в итоге провалилась). Вице-президент - фигура всё же подчинённая и неравноправная. К тому же этот человек обязан своим постом президенту, взявшему его в связку. Это лучше, чем сейчас, но тоже плоховато.

Зато если сделать, как в Риме - получится, имхо, намного симпатичнее. Во-первых, люди привыкнут, что единый глава исполнительной власти, "царь", отсутствует как понятие - эта грёбаная монархическая традиция наконец-то будет подломлена. Затем - если, по примеру квиритов, переизбирать консулов ежегодно (без возможности баллотироваться повторно в течении какого-то срока), ширнармассы будут чаще участвовать в политической борьбе, смогут увидеть, что от их воли что-то зависит.

И на десерт - самое вкусное. Вы не забыли, что республика-то - буржуазная? Консульство же представляет собой возможность заставить буржуазию поделиться политической властью. Разумеется, консул-коммунист сам по себе сможет очень не много. Но если включить в политическую систему рабочие советы, как я о том недавно писал - многое изменится. Буржуазия уже не сможет рулить государством в одиночку.

Сказанное, конечно, не означает, что я отказываюсь от революционного подхода. Дураку понятно, что буржуазия не отдаст без вооружённой борьбы все те вкусности, которыми владеет.

Но, пока эта борьба не началась - нужно захватить для себя максимально выгодные позиции.

Как-то так.
puffinus: (Default)

Помните, уорреновский Вилли Старк говорил: "Ты должен сделать добро из зла, потому что его больше не из чего сделать"? Верно, так оно и есть. Но добро из зла можно и не делать - со временем добро из него сделает сама история. Она, скажу я вам, тётка умнющая и хитрющая - но при этом жестокая и совершенно аморальная. Ей плевать на кровь и на жертвы, для неё безразлично, хорош или плох тот или иной человек - важно лишь, полезен он или вреден для дела прогресса.

Да-да, я в курсе, что над таким подходом ещё сильно много лет назад Наум Коржавин издевался в стихотворении "Калита":

Был ты видом довольно противен,
Сердцем - подл... Но не в этом суть:
Исторически прогрессивен
Оказался твой жизненный путь.


И что с того? Да, именно так история и развивается. Поглядите на этих ваших великих деятелей: мерзавец на мерзавце и мерзавцем подпоясан. Кто предопределил развитие капитализма в Англии? Супер-мега-ультра-вешатель Генрих VIII Тюдор, которому Иван Грозный и сапоги чистить недостоин. "А в итоге - прогресс".

Ну ладно, великие деятели. Так ведь и угнетаемый этими деятелями норот - ничуть не лучше. "Люди - мошенники. Все!  Даже грудные младенцы только об одном мечтают, как бы пожрать да поспать". И эти вот мошенники, проглоты и эгоисты двигают исторический прогресс. Это вот тупое быдло, только неудовлетворённое желудочно, выходит на площади - и королевские троны падают, и наступает свобода, равенство и братство. История делает добро из зла.

Вот к чему я клоню. Не ждите рыцаря в сверкающих доспехах и на белом коне - его не будет. Не будет мудрого, волевого и нравственно безупречного вождя. Не будет и партии, которая такая партия, что просто заебись. Если в России произойдёт революция - её совершат те тупые уроды, которые нас окружают и к которым, чего уж греха таить, мы сами принадлежим. И эти уроды будут движимы своими эгоистичными, корыстными и ограниченными интересами - которые и приведут к прогрессу. По-другому просто не бывает.

И потому брезговать не стоит ничем. В декабре вот в Приморье выражали недовольство автоторгаши. Вроде бы они собираются возмутиться и сейчас. Да, это ограниченные мелкие буржуа. Ну и что? Их мелкобуржуазная ограниченность может помочь расшатать престол Медведепута, а большего и не требуется.

Или вот думский планктон завозмущался. Да, Зюганов, Миронов и Жириновский - ублюдки и ничтожества. Да, эта оппозиция заслуживает того, чтобы консолидировать её всю в одном и том же рву и залить негашёной известью. Но сейчас действия этих ублюдков ведут к тому, что позиции Кремля в Госдуме могут ослабнуть. Эти ничтожества сейчас объективно работают на революцию, на прогресс. Конечно, от этого в будущем их полёт с верхних этажей здания Госдумы будет нисколько не менее красивым.

Как-то так.

puffinus: (Default)

Когда-то я писал о жизни общества как о "битве богов". Тогда к этому мало кто прислушался, а напрасно. Успех/неуспех любой революции зависит в первую очередь не от насилия и террора, не от количества чьих-то мест в парламенте, и даже не от поддержки масс - а от того, чей социально-экономический "бог" окажется сильнее. Уж извините, что приходится напоминать такие вот прописные истины - но в эпоху нынешнего деграданса, увы, даже это оказывается необходимо.

Была ли к концу 18 века французская феодально-абсолютистская система слаба сама по себе? Позвольте усомниться. Однако революции она не смогла противопоставить почти ничего - поскольку буржуазный "бог" был намного сильнее феодального. Чьи-то личные качества и чьи-то личные желания могли играть лишь весьма скромную роль.

Точно так же обстоит дело и с социализмом. Никакого социализма нет и не может быть до тех пор, пока социально-экономические условия для него не созрели. Не может дерево плодоносить прежде, чем отцветёт. Зато уж когда такие условия возникнут - всякая попытка противиться установлению социалистического строя будет нелепа и смешна.

"Так что же, ничего сделать нельзя?" - спросите вы. Зачем нельзя, можно. Речь идёт о процессах общественных, а общество состоит из людей и только из них. При этом слова и действия одного человека имеют больший вес, другого - меньший.

Но! Да простится мне такое затёртое сравнение, но любой политик (в том числе революционный) - это капитан парусного судна. Он может использовать ветер в своих интересах, но он не повелевает ветром. Тот дует, куда захочет, но и само знание того, куда он дует, даёт огромные преимущества.

А теперь простите меня и в третий раз - теперь за саморекламу. Вот почему я, грешный, придаю такое большое значение рабочему самоуправлению? А вот почему. Этот институт хотя и не вписывается в полной мере в логику капиталистической системы, однако вполне терпим и в её рамках. В то же время он постепенно ведёт к размытию самого понятия частной собственности. Собственность, которой ты не можешь распоряжаться так, как пожелает твоя левая нога, не является в полной мере твоей собственностью. Сам по себе этот институт, конечно, не приведёт к падению капитализма. Но при противоречии между производительными силами и производственными отношениями - вот вам готовая форма для диктатуры пролетариата.

Как-то так.

puffinus: (Default)
Коммунист - тот, кто стремится к скорейшему установлению коммунистического строя. Такой строй пока ещё не был установлен никогда и нигде, во всяком случае, на планете Земля. Следовательно, коммунист видит свой идеал только и исключительно в будущем. С этим, надеюсь, никто спорить не станет.

А 1991 год всё перевернул с ног на голову. И вот уже главное место в сознании коммуниста занимает не бесклассовое общество, а Советский Союз. Не будущее, а прошлое. СССР, конечно, мало для кого является идеалом - многие видят в нём недостатки. Зюганоиды, например, полагают, что там было слишком мало государственничества и православия, другие (включая автора этих строк) - что того и другого там было чрезмерно много. Но, так или иначе, СССР - та печка, от которой все мы пляшем.

Единоросс Исаев, ещё в свою бытность анархом, сформулировал принцип "левого консерватизма". Так мы и живём по этому принципу. А ведь коммунист-консерватор - это даже смешнее, чем еврей-дворник.

Ориентация на СССР приводит к таким ситуациям, которые не назовёшь иначе как бредовыми. Вот кто-то призывает укреплять государство - буржуазное, заметьте, которое вообще-то необходимо уничтожить. Другой, тоже называющий себя коммунистом, мечтает об империи и отказывается понимать, что это за государства такие - Украина, Латвия и т.д. Хотя большевики-то жизни своей не жалели, чтобы разрушить эту грёбаную империю, тюрьму народов. Третий требует уважения к традиционным ценностям и укрепления семьи - той самой семьи, которой предстоит отмереть.

Да ведь и зюгановская идея "лимита на революции" вовсе не случайна, она вытекает из всей логики процесса. Если во главу угла мы ставим консерватизм - какие тогда могут быть революции? Напротив, надо стараться спасти то, что осталось.

И все они не просто именуются коммунистами, но считают себя единственными настоящими коммунистами. Все остальные - оппортунисты, троцкисты и ревизионисты, ага.

Я никого не призываю забыть об СССР - это и невозможно, и не нужно. Напротив, советский опыт имеет огромную ценность, и его, конечно, надо тщательно изучать. Но, товарищи, у человека всего одна пара глаз, и он может смотреть ими либо вперёд, либо назад. Туда и туда - никак не получится. Так давайте определимся, вперёд мы смотрим, или назад?

Надо же признать, что СССР принадлежит истории, и не будет восстановлен никогда. Будет нечто совершенно иное, такое, чего потребуют новые условия.

И, разумеется, далеко не всё в СССР достойно подражания.
puffinus: (Default)

Один умный человек как-то сказал, что, если поэт будет во всём подражать Гомеру, то Гомером всё равно не станет - поскольку сам Гомер Гомеру не подражал. Сказал - а наши, не побоюсь этого слова, догматеги его не услышали. И с достойным лучшего применения упорством рвутся подражать Ленину, причём подражание это уже скатилось до уровня, извините за выражение, карго-культа. Если Ленин в своё время сделал какое-то движение, то сейчас непременно нужно повторить его. Почему? Так ведь Ленин же! Можно, правда, задуматься и попробовать понять, почему Ленин в этой ситуации поступил так, а в другой - иначе - но это трудно, это мозги можно перетрудить.

Вот, например, товарищ Мнем (я его называю просто для наглядности, на самом деле есть множество товарищей намного догматичнее) не далее как анадысь писал: Ленин приветствуя падения царизма, всегда тут же оговоривался почему он это дело приветствует и к какой конечной цели он стремится и должен стремится рабочий класс. То есть он приветствовал либеральные победы "А", но тут же не забывал говорить о своём социалистическом "Б". Почитай его любую статью.

Вроде всё правильно. Но почему Ленин уже в марте пришёл к требованию перехода власти в руки Советов? Ленин - это вам не Сталин, ему бы даже по сильной укурке не пришла в голову мысль о социализме в отдельной стране. И - при его-то теоретической подготовке - он не мог не понимать, что перескочить через формацию не получится, и Россия для социализма ну никак не созрела. И тем не менее - Апрельские тезисы. Почему?

Да просто в глазах Ленина эта буржуазная революция была плоха исключительно тем, что она не могла быть буржуазной революцией! Мнем почему-то приписывает Ленину собственную неприязнь к буржуазной республике. Между тем, республика, возникшая после падения царизма (во главе хоть со Львовым, хоть с Милюковым - не суть важно), могла бы быть исключительно хороша - как с точки зрения Ленина, так и сама по себе. При одном маленьком условии: она должна была оказаться на высоте своих буржуазно-демократических задач по очистке России от старого феодального хлама. Да только Ленин понимал, что это невозможно: слишком уж тесно русская буржуазия была связана с этим самым хламом, что и определило импотенцию февральского режима. Поэтому задачу буржуазной революции придётся выполнять пролетариату, поначалу - в союзе с крестьянством. Ничего хорошего в этом факте нет, не надо принимать нужду за добродетель - это было всего лишь необходимо.

На этом мы оставим Мнема работать над собой, и обратимся непосредственно к урокам 1917 года. Что же показали тогдашние события?

То, что наша буржуазия сгнила прежде, чем созреть - само собой, но есть и вторая сторона медали. Февраль и последовавшие за ним события доказывают: русская модель капитализма может существовать лишь в тесном симбиозе с самодержавием или другой подобной авторитарной властью. Пока царь-батюшка со своими городовыми, жандармами и прочими палачами, сатрапами и душителями свободы охранял буржуазную собственность - буржуи имели возможность быть буржуями. Как только царя-батюшки не стало - затрещала вся система, и уже осенью большевикам не составило труда прикончить её.

В России многие и сейчас мечтают о цивилизованном капитализме, а что толку. Вот свежий пример - Ортега, либеральнейший из либералов, негодует: Знаете, что? Я ебал такой капитализм. Понять его можно: этот капитализм, как видно из его поста (да и вообще из окружающей действительности), взял все худшие черты и из СССР, и с Запада. Но, господа-товарищи, главный вопрос вот в чём: а может ли вообще капитализм в российских условиях быть иным? По крайней мере, доказать это на практике пока что не удалось никому. А вот доказательства обратному имеются.

Эрго, всякий, кто сегодня способствует падению путинизма (аналога самодержавия), тот помогает ободрать с российского капитализма его защитный панцирь. После этого прикончить его будет намного легче.

Так-то!

puffinus: (Default)


Тут товарищ Турин обвиняет меня в дилетантизьме - в частности, в вопросах об армии и, не побоюсь этого слова, о несовершеннолетнем сексе. Утверждает, будто я берусь судяить о вещах, в которых ничего не смыслю.

К сожалению, при этом весьма уважаемый мною товарищ Турин впадает в характерную, увы, не для него одного ошибку: он оказывается в плену у повседневности. Попросту говоря, видишь всю жизнь около субя какое-то явление - и думаешь, что оно было и будет всегда. Только если хорошенько вдуматься, становится очевидно: почти все явления, которые кажутся нам вечными и неизменными, на самом деле - историчны. Они могут исчезнуть хоть завтра - если исчезнут условия, порождающие их. И тогда мы окажемся в совершенно новом мире, который качественно отличается от того, к которому мы привыкли.

Взять, к примеру, 1917 год. Те же эсеры с меньшевиками десятилетиями боролись против самодержавия. Но вот в Феврале самодержавие каза болду - и эти партии оказались в совершенно непривычной обстановке, к которой совершенно не были готовы. В итоге они поплелись в хвосте у буржуазии, и вместе с ней отправились на свалку истории. Более того, в таком же состоянии оказались и почти все большевики. Ленин вот не оказался, поскольку сумел подняться на такой уровень теоретической абстракции, что повседневность уже не имела для него большого значения. И он быстрее всех сориентировался в новой обстановке. Поначалу, конечно, его Апрельские тезисы повергли всех в лёгкий ахуй - но с течением времени всё более становилось ясно, что Ленин прав.

Нет, конечно, я не ставлю себя в один ряд с Лениным - в конце концов, кто он и кто я? Однако я тешу себя надеждой, что, стараясь ломать шаблоны, помогаю своим товарищам в будущем легче воспринять новую обстановку и освоиться в ней. А то ведь и сейчас многие воспринимают будущий новый строй как всё то же самое, только без буржуёв. Дорогие вы мои товарищи, да ведь это "без буржуёв" меняет абсолютно всё!

Перейдём теперь к конкретным вопросам - и начнём, пожалуй, с армии. Товарищ Турин пишет: Новое общество столкнется с вполне себе старыми проблемами, так что и решать оно их будет по-старинке - обычной призывной армией под народным контролем и с широким (это очень важно) спектром профессий для солдат. Офицеры и прапорщики же будут профессиональными военными, ибо так намного удобнее и выгоднее. В реальности же события могут развиваться как угодно, но только не так. Почему? Сейчас поясню.

Армия есть оружие в руках господствующего класса, предназначенное для защиты его собственности от посягательств извне (разумеется, формально она предназначена для защиты государства - но, поскольку и само государство является, по сути, собственностью этого класса, тут нет противоречия). И никакой "армии вообще" нет и быть не может. Армия - явление классовое в гораздо большей степени, чем принято думать. Сравните хотя бы феодальную армию, в которой каждый рыцарь был самостоятельной боевой единицей - и армию буржуазную, массовую и основанную на применении огнестрельного оружия. Это небо и земля.

Точно так же нелепо предполагать, будто армия будущего пролетарского государства будет иметь привычный нам вид. В настоящее время мы видим перед собой армию буржуазную. Что в первую очередь требуется от неё? Быть послушным орудием в руках буржуазии - через посредство государства. А этого добиться не так-то просто - ведь, хотя с офицерами бывает по-разному, но основная масса солдат вовсе не буржуазного и не аристократического происхождения. Следовательно, необходимо максимально оградить её от соприкосновения с народными массами - а в идеале вообще изолировать от них. И потому в буржуазном государстве армия существует как абсолютно отдельный от общества институт - солдат запирается в особом, замкнутом мире казармы и плаца. По способу же формирования эта армия может быть наёмной, может быть и призывной - не важно. Важно то, что солдат - отдельно, общество - отдельно. И в 1905 году русские солдаты, будучи по происхождению крестьянами, послушно расстреливали крестьянские же выступления.

Иное дело - пролетарское государство. Поскольку диктатура пролетариата есть диктатура огромного большинства над ничтожным меньшинством, то ей вовсе не нужна армия, изолированная от общества. Напротив, она должна быть связан с ним как можно теснее, и здесь милиционный способ комплектования подходит как нельзя лучше. Поскольку цель такой диктатуры - растворение государства в обществе, то важным шагом к нему будет растворение армии в народе, т.е. переход к такому состоянию, когда весь вооружённый народ представляет собой армию (предназначенную для защиты его же, народной, собственности).

Необходимо помнить, что форма какого-либо явления непременно должна соответствовать его социальному содержанию - это же аксиома. В противном случае общество само ликвидирует это явление - и, если оно необходимо, создаст его в новой форме, иначе - обойдётся и без него.

Теперь насчёт секса. Тут кое-кто уже гнусно инсинуирует, будто я все свои посты об инцесте и несовершеннолетнем сексе написал единственно для того, чтобы эпатировать почтеннейшую публику и спровоцировать срач (и попасть в топ о как я хочу в топ суки пустите меня в топ я мечтаю обойти по рейтингу другого и чтобы тёма валялся у меня в ногах). Так вот, ничего подобного. Эту тему я выбрал по двум причинам. Во-первых, она гарантированно привлечёт внимание - но это было нужно мне вовсе не по той причине, о которой вы подумали. Во-вторых, именно в этой области привычные установления кажутся наиболее естественными. Вот это можно, а это нельзя. Ложиться в постель с человеком другого пола - нормально, своего пола - моветон, если взрослый мужчина проделывает это с несовершеннолетней - ужас-ужас, а уж если со своей сестрой или дочерью...

Я-то старался показать, что все эти запреты - не от природы, а от общества. Более того, они порождены совершенно конкретными социальными условиями, и с их исчезновением тоже исчезнут (хотя вполне могут смениться другими). Я ведь не зря ссылался на Азимова - у него речь идёт о принципиально новом обществе, то и нормы допустимого и запрещённого совершенно не похожи на привычные для нас.

Одним словом - помните, что под Луной ничто не вечно. И в наибольшей степени это относится к общественным установлениям.

puffinus: (Default)

Мне тут вспомнилось одно высказывание товарища Троцкого.

И тем не менее за этим угрожающим парадом имущих классов не было серьезной силы. А сила собственности? – возражали большевикам мелкобуржуазные социалисты. Собственность есть отношение между людьми. Она представляет огромную силу, доколе пользуется всеобщим признанием, которое поддерживается системой принуждения, именуемой правом и государством. Но ведь в том-то и была суть положения, что старое государство сразу рушилось и все старое право оказалось поставлено массами под знак вопроса. На заводах рабочие все больше сознавали себя хозяевами, хозяин – непрошеным гостем. Еще менее уверенно чувствовали себя помещики в деревнях, лицом к лицу с угрюмыми и ненавидящими мужиками, далеко от власти, в существование которой помещики, за дальностью расстояния, первоначально верили. Но собственники, лишенные возможности распоряжаться собственностью и даже охранять ее, переставали быть подлинными собственниками, а становились сильно испуганными обывателями, которые не могли оказать своему правительству никакой поддержки, ибо больше всего нуждались в ней сами.

Так вот. Многие коммунисты представляют себе социалистическую революцию как приход к власти пролетарской партии и последующую национализацию. И ведь эти товарищи даже не замечают, что понимают собственность чисто по-либеральному - как нечто абсолютное. Либо ты владелец, и тогда - полный господин над своей собственностью, либо нет, и тогда идёшь лесом. А Лев-то Давидович пишет совершенно о другом. Да и опыт двадцатого века (и в первую очередь опыт СССР) показывает, что не так уж важно, кто формально владеет той или иной собственностью - гораздо важнее, кто ею управляет.

Так что, имхо, ключ ко всему - рабочее самоуправление. Пусть какой-нибудь миллиардер владеет своими заводами. Но если в вопросах управления этими заводами всё больше и больше значения имеет голос тех, кто на них работает - эта собственность рано или поздно станет фикцией.

Всё, можете начинать бросать камни.

puffinus: (Default)
Есть такое оружие, лук называется. Из него можно стрелять, и даже, если постараться, кого-нибудь подстрелить. Если, к примеру, окажешься в лесу и проголодаешься, то из этого лука можно застрелить какую-нибудь дичину, поджарить и съесть. А вот сам лук есть нельзя.

А бывает ещё и другой лук. Его-то есть как раз можно, а вот стрелять из него, наоборот, нельзя. Но называется он ровно тем же словом.

Точно так же и слово "диктатура" употребляется как минимум в двух совершенно различных смыслах. Политическая диктатура означает именно то, что мы привыкли представлять себе при этом слове - чрезвычайную и неограниченную власть одного лица или группы лиц. Диктатура, кстати, вполне может быть и вполне законной - как в античном Риме. И террор, кстати, вовсе не является её непременной принадлежностью.

Совсем иное дело - социально-экономическая диктатура класса. Да-да, в том числе и пролетариата. Это - суть, а не видимость, всё остальное уже наслаивается на неё. А сама она может выглядеть и совсем не по-диктаторски. К примеру, в современных западных странах существует диктатура буржуазии. И где там деспотизм, где террор?

Точно так же и диктатура пролетариата примет ту форму, которая будет наилучшим образом отвечать её целям. Понадобится террор и запрет оппозиционной прессы - будет и это. Если же сопротивление противника будет достаточно слабым, пролетариат сможет подавить его и без этого.

Только не тычьте мне под нос Ленина. Да, я читал "Государство и революцию". Но ведь мы же не попугаи, чтобы тупо повторять всё слово в слово за Лениным. Думать надо, и в первую очередь анализировать ленинский и послеленинский советский опыт.
puffinus: (Default)
Мне тут вспомнилось существовавшее в древности и средневековье представление о отм, что сражения между людьми - это земное отражение битвы между богами. "Илиаду" все помнят, да ведь и позднее так было: "наш Христос" сражался против "ихнего Магомета", ну и так далее. И будь ты хоть супер-пупер-героем, всё равно ничего поделать не сможешь, если вражеский бог сильнее, чем твой.

И я подумал: а ведь в политике, и особенно в революции, так и бывает. Роль человеческих армий играют политические силы, а роль богов - силы социально-экономические. Борьба первых только отражают борьбу вторых, которая в конечном итоге всё и определяет. Человек, как бы велик он ни был, не может оказаться сильнее социального "бога".

Пример - навскидку. В распоряжении Людовика № 16 был и государственный аппарат, и армия, и полиция, и ещё много чего. Да ведь и убеждённых роялистов в тогдашней Франции было немало. А сделать он всё равно ничего не мог - потому что буржуазный "бог" в то время уже был гораздо сильнее "бога" феодально-абсолютистского.

Да, я заскорузлый марксист. Вяжите меня.

Кроме того, я считаю, что Денис Евсюков должен быть расстрелян.
puffinus: (Default)

Ну да, вот и я о чём:

Робеспьер - типичный ЖЖ-шник своего времени. Тогдашние "общества чистого разума" (ложи) очень напоминают современные жж-посиделки.

Революция вообще всегда начинается с блогов, электронных или каких ещё.

Кроме того, я считаю, что Денис Евсюков должен быть расстрелян.


puffinus: (Default)

Тут товарищ [livejournal.com profile] beobaxter напомнил одну очень важную вещь:

О том и речь, что существует противоречие не только между трудом и капиталом, но и внутри эксплуататорской группировки: национальная буржуазия vs компрадорской.


Святая правда. Но если ограничиться тупо констатацией этого факта, то есть риск попасть в опаснейшую ловушку. Так давайте присмотримся повнимательнее к трём участникам этого противостояния: национальной буржуазии, буржуазии компрадорской и государству.

Итак, давайте прежде всего обозначим разницу между этими внутриклассовыми группировками. Вероятно, национальая буржуазия работает на насыщение внутрироссийского рынка, при этом развивая производство внутри страны и используя национальную рабочую силу. А компрадорская буржуазия живёт за счёт вывоза изстраны ресурсов, взамен ввозя предметы потребления. Т.е., в развитиии национального рынка и производства внутри страны она не заинтересована.

А теперь - внимание! Вся фишка в том, что это деление в значительной мере условно. Российская буржуазия является единым целым и действует внутри единой национальной экономики.

Присмотримся к особенностям российского капитализма. Кстати, не устаю рекомендовать всем книгу Кагарлицкого "Периферийная империя" - там этот феномен проанализирован глубже всего.

Чтобы экономика страны функционировала, в ней должны быть деньги. Чтобы функционировала экономика периферийной страны, деньги в неё должны поступать из капиталистического "центра". До 1917 года они поступали в обмен на зерно, сейчас - в обмен на энергоносители. Обеспечивает это, разумеется, компрадорская буржуазия, поскольку она и есть главная сила национальной экономики в такой стране. Во-первых, она, во-вторых, государство, поскольку в такой ситуации без него вообще ничего не делается. А национальная буржуазия эти деньги осваивает. Иными словами, она кормится крохами со стола буржуазии компрадорской. Разумеется, и она нужна: в стране имеется население, у него есть потребности и оно готово платить за их удовлетворение, то есть почва для существования буржуазии налицо. Но откуда у населения деньги, которыми оно платит нацбуржуазии? В последнем счёте - от экспорта. Исчезнет компбуржуазия, исчезнет и основа существования нацбуржуазии. Они повязаны намертво.

Итак, сделаем первые промежуточные выводы. Во-первых, буржуазия являет собой единое целое, и национальная буржуазия в России не может существовать без компрадорской. Во-вторых, государство (хотя оно и национально уже в силу того, что оно - государство) существует в первую очередь для обеспечения экспорта, и гораздо теснее связано с компрадорской буржуазией, чем с национальной. Эта последняя - так, прихлебатель, паразит в древнегреческом смысле.
Read more... )

Кроме того, я считаю, что Денис Евсюков должен быть расстрелян.

puffinus: (Default)

Гулял я вчера по Майдану, и задумался о том, что было здесь почти пять лет назад.

В России я чаще всего слышал от противников "оранжевой революции" такие аргументы: "Что же єто за революция, если она привела к власти мерзавца Ющенко?". Иногда я был близок к тому, чтобы разрыдаться от такой детской незамутнённости.

Вроде бы взрослые, серьёзные люди. Но в их представлении революция - єто когда свергают плохого правителя (царя, презика, короля - неважно) и ставят другого, хорошего. Такого, который будет любить народ и заботиться о нём.

Любопытно было бы спросить таких людей, где они видели хоть одного президента-немерзавца, но дело не в єтом. Именно потому, что революция меняет не лиц, а систему, она нивелирует нравственные качества своих персонажей. Проще говоря, абсолютно неважно, хорош или плох по-человечески тот деятель, которого она привела к власти. В любом случае, делать он будет то, чего от него потребуют новые условия - либо его сметут. Тут в действие вступают такие силы, перед которыми отдельный человек - ничто.

Вот простой пример - я специально упрощаю и огрубляю для пущей наглядности. Хотел бы Ющенко путешествовать как Медведев - с армией охраны и перекрытием целых городов? Может, хотел бы, а может, и нет - єто абсолютно не важно. Важно то, что никто ему єтого не позволит. Страна не та, порядок не тот.

Как-то так.

Кроме того, я считаю, что Денис Евсюков должен быть расстрелян.

puffinus: (Default)
Возвращаясь к одной из моих любимых тем.

Человеческая история идёт ко всё большему освобождению личности. Средневековый человек был связан множеством нитей: от него требовалась лояльность общине, сеньору, церкви (не религии, а именно церкви как организации). Буржуазно-демократические революции разорвали єти нити, и теперь от человека требуется лишь патриотизм - лояльность государству (да, государству, а не стране - в частности, готовность по призыву государства брать в руки оружие и идти на его защиту; остальное - лирика). Почему? Да потому, что капитализм, будучи строем более совершенным в сравнении с феодализмом, нуждается в меньшем числе "подпорок". С другой стороны, государство ему как раз нужно позарез - кто же иначе будет защищать буржуазную собственность? Вот феодалам оно как раз было не нужно - у феодала меч достаточно острый, он своё добро и сам может защитить. Поєтому в средние века государств в нынешнем смысле и не было. Появились они с развитием абсолютизма в 16-17 веках, когда феодальные отношения как раз ослабли.

Итак, средневековый человек был связан множеством верёвок. Сейчас верёвка осталась только одна - патриотизм. По сравнению с тем, что было, конечно, огромный прогресс. Но теперь идти нужно дальше, избавляться уже и от єтой последней привязки - чтобы человек стал окончательно свободен.

Но уничтожить патриотизм невозможно, не уничтожив капитализм - поскольку они немыслимы друг без друга. Так что следующий шаг сможет сделать только социалистическая революция.

Кроме того, я считаю, что Денис Евсюков должен быть расстрелян.
puffinus: (Default)
Есть у наших левых (пальцем тыкать не буду, ибо моветон) такой грешок. Мир они представляют чёрно-белым, в лучших традициях профессора Толкина. Есть абсолютное добро - социализм и революция, которая приведёт к его установлению. Ну а всё, что к этому добру не относится - зло, и недостойно не только поддержки, но даже внимательного изучения. В сортах говна не разбираюсь, ога.

Это, имхо, вернейший путь к поражению, причём такому, которое может дорого обойтись не только самому поражающемуся. Едиественное место в мире, где абсолютное Добро противостоит абсолютному Злу - это воображение Буша-юниора. В обществе действуют не две силы, а множество, и каждая из них может быть в зависимости от обстоятельств прогрессивной или реакционной.

Если ты живёшь в капиталистическом обществе, так изучи его от и до. И пойми, что капитализм - не земное воплощение дьявола, а сложное и многогранное явление. И предпосылки социалистического строя, кстати, тоже вызревают в недрах капитализма, и больше нигде.

Да, Маркс с Энгельслм писали, что капитал сам порождает своего могильщика. Но порождает-то он его не сразу - моглищик должен вырасти, созреть, осознать себя. Кстати, присмотритесь к самому термину. Не убийца, не палач - именно могильщик. Прежде, чем придёт его время, капитализм должен умереть - то есть изжить себя, стать неэффективным даже по собственным, капиталистическим критериям. А до тех пор все призывы к установлению социализма по эффективности будут сравнимы с шаманскими песнопениями.

Ставить условие "Социализм или ничто!" - вернейший способ не получить ничего.

Кроме того, я считаю, что Денис Евсюков должен быть расстрелян.
puffinus: (Default)

Вот и вышла моя очередная статья.

Вот уже пятый год на Руси нет более увлекательной темы для разговора, чем возможность «цветной революции» в нашей стране. Одни, подобно Каспарову, чуть ли не молятся о ней, другие, как Холмогоров, истерически призывают власть искоренять любой намёк на «оранжад», не считаясь ни с какими жертвами. Ну а третьи вслед за Кагарлицким повторяют, что подобная революция у нас невозможна: во-первых, она уже произошла в 1991 году, во-вторых, современное российское общество организовано гораздо сложнее грузинского и украинского.


Да, знаю, товарищ Чёрный обидится, что я написал эту статью не для Форумска. Но не разорваться же мне. Я ж не виноват, что Маркс умер, и Ленин умер, и Троцкого умерли, так что сейчас из титанов остался только я, и мне приходится писать для всех. В дальнейшем обещаю исправиться.

Кроме того, я считаю, что Денис Евсюков должен быть расстрелян.



Profile

puffinus: (Default)
puffinus

August 2017

S M T W T F S
  12345
6789 101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 21st, 2017 07:30 pm
Powered by Dreamwidth Studios