Прощание с Коммари

Коммари долгое время был моим взаимным френдом. Мы много в чём не соглашались, но читать его было интересно.

А тут вот такой комментарий - по поводу отравления Гай Германики:

Жалко. Очень жалко. Что не сдохла.

И - всё. Уже совершенно неинтересно, что в дальнейшем напишет этот человек.

Всего хорошего.

Кортинго

Утырил у Максимова.

Три тысячи чертей!

Мою вчерашнюю девятиподсказку, увы, никто не отгадал. Даже и попытки прекратились, так что досрочно сообщаю ответ на неё.

Вот мой персонаж - гусарский поручик Дмитрий Ржевский.



А вот, кстати, герб дворянского рода Ржевских - таки да рюриковичей, хотя и без княжеского титула.

Да здравствует чернуха

В связи со свистопляской вокруг этой "школьной" Валерии, которая гает какого-то Германика, вынужден повторить сказанное несколько ранее.

В России over 9000 людей, которые называют себя коммунистами. В действительности же это по большей части лишь совкофилы, не более. Они руками, ногами и зубами цепляются за осколки советского жизнеустройства - безотносительно к тому, насколько эти осколки ценны (Французы, что умом рехнулись, поход в Италию свершили, и там они заполучили Неаполь, Геную и люэс. Из Генуи прогнали вон, Неаполь был потерян тоже, но кое-что осталось всё же, поскольку люэс сохранён).

А что в советском искусстве было главным? Верно, пазитиФФ. Всё у нас замечательно, несмотря на отдельные ещё иногда кое-где. Всё к лучшему в этой лучшей из стран. Обывателю требовалось именно это, и последние несколько десятилетий советский норот дремал в благостной самоуспокоенности. А когда в годы перестройки некоторые писатели и режиссёры осмелились намекнуть, что не всё у нас замечательно, обыватель взвыл: "Клевета! Очернительство!".

Вот и сейчас эти "коммунисты" хотят чего-нибудь такого же - благостного, "советского". Если жизнь у нас такая, что лучше всего не рождаться - пусть хоть искусство навеет нам сон золотой. Германика показала нороту ма-аленький кусочек чего-то неприглядного - и обыватель её возненавидел.

Настоящему-то коммунисту нужно совсем другое. В его представлении, искусство должно не баюкать людей, а напротив - будить. И потому - больше чернухи, больше мерзостей! Пусть люди ужаснутся и поймут, наконец, что так жить нельзя. Пусть захотят изменить свою жизнь.

И не нужно бояться, что авторы очернят реальность - это невозможно. Какие бы мерзости они ни писали, ни снимали и ни рисовали - всё равно, реальность ещё гаже. Это никакими художественными средствами не передать.

Словом, нужно как можно резче обличать пороки нашего буржуазного общества. А кто хочет от искусства чего-то "доброго" - тот объективно способствует сохранению режима.

Об эстетике

Якобинец в очередной раз порадовал отличным текстом. Всем рекомендую.

Если новый режим создаст свою оригинальную эстетику - значит, в нем что-то есть. Если он этого не сможет сделать или вообще проигнорирует такую "мелочь" - значит, режим безблагодатен, лишен внутренней силы и, как говорят китайцы, "не увидит хорошего конца". Какие бы замечательные декреты о земле и мире он при этом не издавал.
Эстетика определяет сознание властей и всего народа. Причем слово "определяет" здесь имеет двоякий смысл - и "показывает, демонстрирует", и "создает, устанавливает". Такая вот диалектика, подтвержденная многими историческими примерами.
Возьмем нынешний российский режим, установившийся в 1991 г. Вся его эстетика, за немногими исключениями, крайне убога, да к тому же в основном покрадена у предыдущих эпох. Пошлый золоченый орел с трусливо-удивленно-злобно-хитрожопыми мордами увенчан царскими коронами - это, видимо, символизирует демократию. Две башки с коронами, кстати, удивительным образом соответствуют нынешней ситуации. Третья корона над ними - это, не иначе, ZOG)). В лапах демократический орел держит державу и скипетр... с ещё одним орлом. Круче был бы только герб, нарисованный Эшером.

Впрочем, это нужно читать обязательно полностью.

Загадка

Вот ещё задача, но на этот раз больше шуточная.

Эта книга - русская. Но в ней много иноязычных цитат, которые взяты из другой книги. Хотя эта другая книга - тоже русская.

Назовите обе книги.