Интеллихенция, ёпта

[puffinus]

 
Йенна Кристиана навела меня вот на этот текст - оказывается, его нынче вся блогосфера обсуждает, а я и не знал.

Ну что я вам скажу? Пожалуй, сейчас я не буду политкорректен: назвать эту писанину убожеством - значит грубо и бесстыдно польстить ей. Речь идёт о содержании - формы касаться не буду, я не критик.

Но заметьте: психологически автор застрял во временах перестройки, и с тех пор ничего нового усвоить не смог. Это ведь тогда была в моде подобная манера: задушевная интонация, с обращением на "ты", по уменьшительному имени, "помнишь, Валя..." - и это на всю страну. Сейчас от подобного стиля так и веет затхлостью. Но ладно, не буду буквоедом.

Важно другое: автор, подобно той верхушке московской интеллигенции, к которой, похоже, и принадлежит, живёт в своём особом мирке - не имеющем ничего общего с реальным миром. 

Ходорковский, какой бы приговор ему ни вынесли и какие бы прошлые преступления на нем не висели, даже мертвый он останется для страны почти святым, потому что принял муки от ненавидимой всеми власти, - пишет он.

Юрий Извините-не-знаю-как-вас-по-батюшке! Да оглянитесь вокруг! Ваш ненаглядный Ходорковский сидит уже восьмой год - а кто даже сейчас готов сказать о нём доброе слово? Его ненавидят все, его, а вовсе не власть. И ненавидят, я считаю, вполне заслуженно. А власть не ненавидят - но и не любят. Вот вы ненавидите, скажем, дождь? Вы просто берёте зонтик, чтобы укрыться от него.

Но этот текст стоит дочитать до конца. Именно в конце ярче всего видна интеллектуальная мертвечина, неспособность этой публики родить хоть одну живую мысль.

Читаем:

Я считаю, что выход из ситуации есть, Валя. Но я боюсь, что власть его не видит – она в тупике, который дорого может всем нам обойтись.

Я обозначу этот выход одной фразой: революция.

Но - сверху. Изучите опыт создателя сингапурского чуда Ли Куан Ю и вы поймете, что даже погрязший в коррупции Путин мог бы в конечном счете стать не очередным проклятием России, а ее спасителем.

Только для этого нужны еще и мозги. Осознание. И раскаяние.

Революция снизу – не дай Бог!!!

Всё та же жвачка, которую начали жевать ещё двадцать лет назад - а она уже и тогда была тухлой. Что угодно - только бы не революция снизу, не пробуждение этого грязного быдла. Словом, нужен Путин - но хороший, годный. Такой, как Ли Куан Ю. 

Уж на что я терпимый человек, а и меня бесят подобные привереды. Вот вам Ли Куан Ю, вот! Чего же носом крутить? Так нет - им подают свежайших устриц, а они возмущаются что эти устрицы без жемчуга.

Хотя, возможно, подобные господа в силу своей альтернативной одарённости просто не способны сообразить, что фамилии "Путин" и "Медведев" переводятся на китайский как "Ли Куан Ю", а на испанский - как "Пиночет". Своя своих не познаша, так сказать.

Могу только повторить свои же слова, с которыми я год назад обратился к Новодворской: "Десять лет вы колдовали, вызывая демона - а когда он появился, оказалось, что вам не нравится форма его когтей".

Люди, подобные этому Гейко (а их не так уж мало) - отработанный материал. Для Системы они не могут быть ни полезны, ни опасны. И для её врагов тоже.

А потому пускай себе составляют на здоровье свои списки "рукопожатных". Чем бы дитя ни тешилось.

Comments

[arctic-lane.livejournal.com]

В отличие от любви ненависть не предполагает непосредственного физического контакта, и значит вполне может быть святой, чистой и платонической

[puffinus.livejournal.com]

Ну, если она никак не проявляется, то на практике всё равно, есть она, или нет.

Поглядите: антиправительственные выступления собирают десятки и сотни тысяч участников в Египте, Тунисе, Греции, Франции, даже в Иране - словом, где угодно, только не у нас. Тут всем всё по барабану.

Впрочем, вру: массовые выступления бывают и у нас. Под очень радикальным, и даже, можно сказать, революционным лозунгом "Ебать Кавказ!".

[arctic-lane.livejournal.com]

Ну вот Вам и пример чистой, ничем не замутненной ненависти

[puffinus.livejournal.com]

Чистой, но бесплодной и ни для кого не опасной - ибо она направлена не туда.

[arctic-lane.livejournal.com]

Мы, вроде, про платонику говорили?