Не хотел писать об этом скандале с фон Триером - потому что писать здесь, на мой взгляд, не о чем. Но все вокруг только об этом и говорят. Сегодня вот и Бланки высказался - на мой взгляд, вполне разумно.
"Запрещается запрещать!" - лозунг 68-го, к которому тогда присоединились и Канны. А сегодня запретили бы Бердяева, назвавшего фашизм единственным творческим политическим течением Европы, запретили бы сюрреализм в его принципах, от Бретона до Пикассо. И запрещают - замалчивая и перевирая.
В дискуссии о феминизме автор этого журнала пытался объяснить друзьям левого уклона, что пагубность охранительства не зависит от того, что охраняют и во имя чего запрещают, проводят позитивную дискриминацию (образцовый термин оруэлловского новояза), преследуют "экстремизм", защищают "память о победе" и т.п.
Вообще же вся эта история не заслуживает ничего, кроме громкого здорового смеха. "Какой ужас, какой ужас! Граф Бесстыжев-Рюмкин при дамах произнёс слово "чёрт"!".
Тут я согласен с Бланки: запретных тем быть не должно. Сказано, свобода слова - значит, свобода. Другое дело оскорбления. Скажем, для евреев оскорбительно слово "жид" - так что употреблять его не стоит. Я вполне допускаю, что для чернокожих американцев так же оскорбительно слово "негр" (поскольку у него есть и второе значение - "раб"). Но не думаю, чтобы и подобные слова следовало запрещать. Достаточно будет и морального осуждения - чтобы от человека, назвавшего евреев жидами, все отворачивались так, словно он при людях громко испортил воздух.
Что же до всего, связанного с Гитлером, то уж это тем более не стоит запрещать. Гитлер умер, и уже давно, так что он ничем не опасен. Опасны могут быть его единомышленники - но и их нужно не запрещать (от этого они станут только сильнее), а разоблачать. Показывать их подлинную сущность.
В целом же ситуация мне нравится. Буржуазная власть всё более явно ополчается против свободы слова - а это даёт нам возможность встать на её защиту.
no subject
Date: 2011-05-22 03:10 am (UTC)Диктатура работает благодаря одним и тем же принципам, которые меняют название, а не суть. Разнообразные «священные коровы» требующие немедленного и беспрекословного уважения появляются исключительно для того, чтобы хоть как-то не допустить естественное человеческое любопытство в тёмные кулуары подковёрной борьбы за подачу информации. И, как показали эксперименты in vivo, смех оказывается лучшим оружием против грозных стражей единственно правильного порядка вещей. Никто так смачно не шутит о евреях, как сами евреи, никто так часто не пользуется словом ниггер, как жители афро-американских гетто, никто так часто не шутит о религии, как сами работники этой сферы обслуживания. Еврею незачем бояться своих. Негр, называя негра негром понимает, что сам он тоже негр, и что ни равны в этом и нет ничего оскорбительного в испанском слове, описывающем особенности пигментации. Память о нескольких веках рабства делает панибратское обращение по внешнему признаку оскорблением. Что же делает оскорблением шутки на тему Гитлера? (Саркастические шутки на тему Гитлера!)
Если вдуматься, то свержение Гитлера в частности и национал-социалистического тоталитаризма в целом, должно быть чётко обозначено не только в разных юридических инстанциях метабюрократии, но в меметическом пространстве европейской культуры: сброшенный с пьедъестала диктатора в разношёрстную толпу персонажей образ Гитлера перестанет быть камнем преткновения, а уж тем более угрозой. Но видимо сидящие в Каннах недобитые функционеры НСДАП считают, что раз непочтение к фюреру каралось при его жизни, то и после смерти не следует отменять санкции за шутки о столь высокой фигуре. Хорошо хоть меры пресечения сменились...
...
Для того чтобы приучить кота к туалету, сначала нужно научить его читать и курить.
...
no subject
Date: 2011-05-22 02:16 pm (UTC)