XII и XXI

nb_licantrop напомнил известное стихотворение Вальтера Шатильонского, написанное, если не ошибаюсь, около 1180 года. В нём, как видите, поэт сурово обличает современную ему феодальную действительность.

Плачет и стенает
Вальтерова лира:
Вальтер проклинает
преступленья клира.
Верить бесполезно
в райские блаженства:
все мы канем в бездну
из-за духовенства.
И по сей причине
язва сердце точит:
Вальтер быть отныне
клириком не хочет!
Расскажу подробно
о попах вельможных,
совершивших злобно
сотни дел безбожных.
Если, затухая,
солнце село в море,
значит, ночь глухая
к нам нагрянет вскоре.
Если ж полог черный
темень распластала,
тут вопрос бесспорный:
ночь уже настала.
Черной тьмой объяты,
мы живем в бессилье:
подлые аббаты
солнце погасили.
В хилом худосочье
чахнем в смрадной яме.
Почернее ночи —
короли с князьями.
Нет, не милосердье
пастыри даруют,
а в тройном усердье
грабят и воруют.
Загубили веру,
умерла надежда.
Делают карьеру
жулик и невежда.
Знай, убогий странник:
каждый настоятель —
чей-нибудь племянник
или же приятель!
Зря себя тревожишь!
В мире вероломства
выдвинуться можешь
только по знакомству.
В честном человеке
гнев созрел великий:
иль дана навеки
власть презренной клике?
Сам я, как на тризне,
скорбно причитаю,
ибо этой жизни
смерть предпочитаю.
Миром правит хитрость!
Мир вражды и кражи!
Мир, где сам антихрист
у Христа на страже!


Вот прочитаешь что-нибудь подобное - и порадуешься за себя. У нас, конечно, тоже ещё кое-где сохраняются отдельные недостатки - но с этими свинцовыми мерзостями средневековой жизни покончено раз и навсегда.

Прогресс - он такой прогресс.

Во имя хоккея! - Именем его!

Это вы все, наверное, уже видели.

"Мы просто видим, что сегодня ночью одни гуляли по центральной улице. Сигналили, кричали, были не трезвы. А другие стояли или сидели где-то в центре Москвы, никому не мешали. Только одних трогали и разгоняли, а других нет", - пояснила Воробьева.

"Они не радовались нашей сборной победе", - отрезал на это Козлов. - Вся Россия радовалась за победу наших хоккеистов. А кто-то, вы рассказываете, что сидели и молчали. Чего же не радовались? Вместе со всеми радовались…"

Невосторженный образ мысли, хуле. Розги налево, ботинок направо.

(no subject)

Так и тянет процитировать то древнее, советских времён, высказывание: "Меня беспокоит не министр культуры, а культура министра".

Впрочем, насчёт этой последней вряд ли могут быть какие-то сомнения.

Вычитание любви

Я тут у Коммари поучаствовал в гомосраче, который естественным образом (поскольку большинство участников спора - марксисты или претендуют на это звание) перешёл в семьесрач. И вот на какую мысль это всё меня навело.

Допустим, говорим мы о семье или о браке. А это - явления общественные. И отношения между супругами, как и отношения между родителями и детьми - отношения общественные.

Вот что важно: говоря об обществе, такую штуку, как любовь, нужно оставлять за скобками. Она может быть, может не быть.

Эрот, он же Амур, на то и снабжён крылышками, чтобы летать, где хочет. А где не хочет - не летать. Как мы можем учитывать его в логических построениях?

Предположим, некто говорит: "Я люблю свою жену/своего мужа, а она/он любит меня". То же самое говорят в отношении детей и родителей. Какое это имеет значение?

Думаете, римляне и греки не любили своих домашних рабов? Да они для них нередко были всё равно что родными. И что - рабство от этого становится менее омерзительным?

То же самое относится и к семье. К привычной для нас всех семье, которая превращает женщину в домашнюю прислугу, а детей в собственность родителей. Конечно, порой вся эта гнусность смягчается любовью. А если нет?

Пусть Эрот порхает на своих крыльях. А мы давайте займёмся общественными отношениями. Строго, рационально и беспристрастно.