О приоритетах

Встретил у Таки-Нета:

Но есть нечто, что объединяет почти всех левых, левеньких, красных и розовых - в главных врагах у них ЛИБЕРАЛЫ.

Тут нужно понимать вот что. На сегодня, 7 января 2016 года, основное направление мыслей задают две буржуазные идеологии: либерализм и консерватизм. Я, сорокалетний, всё же надеюсь дожить до того дня, когда с ними сможет на равных тягаться идеология пролетарская, но пока что этого и в проекте нет. Стало быть, нужно выбирать из того, что есть.

Помните старую песню: "Есть только миг между прошлым и будущим"? Так же и капитализм (как и любая другая формация) завис между прошлым и будущим.

Консерватизм связывает его с прошлым. Он ставит на службу интересам буржуазии докапиталистические элементы: монархию, аристократию, церковь, сословное устройство общества. А как только это сословное общество превращается в корпоративное, консерватизм достигает своей крайней точки - фашизма.

Либерализм же - это мостик в будущее, к коммунизму. Здесь заявлена главная цель: освобождение человека. И либералу, чтобы стать коммунистом, остаётся сделать лишь один шаг, а именно заговорить об освобождении ещё и от уз частной собственности. Другое дело, что духу на это хватает далеко не у всех.

Либерал, конечно, не тождествен коммунисту. Но антилиберал в наши дни - уж точно антикоммунист.

Размытие, или КЯПКВ

В комментариях к моему прошлому посту был задан весьма любопытный вопрос: что я, как коммунист - буде я каким-то чудом окажусь вдруг у власти - собираюсь делать с частной собственностью на средства производства? С одной стороны, сейчас эта самая собственность - одна из главных, если просто не главная сила в обществе. С другой же стороны, нам, коммунистам, надлежит стремиться к её отсутствию. Так как же быть?

Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо, во-первых, уточнить понятие "собственность", а во-вторых, сделать исторический экскурс. Поэтому прошу простить меня за многословие.

Что же такое - собственность человека? Это то, чем он волен распоряжаться, не считаясь ни с кем и не спрашивая разрешения ни у кого. Принадлежит мне, допустим, дом - значит, я могу сам жить в нём, могу кому-то сдавать, могу продать или подарить, а то и сжечь. Как кричал персонаж Достоевского, забивая насмерть свою лошадь: "Моё добро!".

А теперь вспомним II столетие нашей эры, "золотой век Антонинов". Как известно, основой римской экономики было рабство. Раб же - человек, находящийся в полной собственности другого человека, и уже в силу этого никаких прав иметь не может. Он - объект права, а не субъект.

Но именно императоры из династии Антонинов давали рабам права, подтачивая основы рабовладения. Теперь раб мог жаловаться на господина, мог отказаться заниматься гладиаторством или проституцией, мог при некоторых условиях поменять хозяина. А раб, обладающий правами - уже не вполне раб. Реформы Антонинов размывали понятие рабства, подготавливаля превращение рабов в колонов.

Примерно такую политику в отношении частной собственности вёл бы президент России я: ограничение прав собственника как размытие института частной собственности. Например, право на забастовку однозначно подтачивает власть владельца предприятия, тем-то и ценно. То же самое - включение в дирекцию представителей трудового коллектива.

Да, здесь я не согласен с Лениным, точнее, с его презрением к "экономизму". Я считаю, экономическая борьба, размывая частную собственность, делает для приближения коммунизма куда больше, чем всевозможные партии наподобие РСДРП(б).

Впрочем, пост недаром называется "КЯПКВ", а не "КМПКВ". Это лично моя точка зрения, и я признаю за другими право думать иначе.