(no subject)
Dec. 5th, 2008 06:58 pmСпёр у Арвеггера.
Историк был талантлив в меру
и - торжества настала дата:
он вскрыл ошибки Робеспьера,
за что и станет кандидатом!
Архивной пылью пропитался,
но доказал неоспоримо,
в чем Неподкупный ошибался
и почему - непоправимо.
Его солидную работу
ругать не нужно (и не стоит...)
И все ж, дружок! Оставь заботы
и помечтай...
Ведь ты - историк!
Представь себе, что ты - в Конвенте, когда камзол промок от пота, когда на каждом документе печатью - отблест эшафота, когда звонок не слышен в шуме, когда людей звереют лица... И ты идешь к пустой трибуне под хриплый ропот якобинцев... И вот, ссылаясь на примеры, не слыша стонов и проклятий, ты! критикуешь Робеспьера! совсем как в автореферате... Как перед стареньким доцентом, что дал тебе когда-то тему, ты представляешь документы, ты чертишь выкладки и схемы. Но в зале - вой: "Да как он смеет?!" - и, темляком метя по доскам, уже идет к тебе гвардеец, а за окном скрипит повозка... В лицо - плевки. Сверкают шпаги. Тебя ведут по коридору...
Историк прячет в стол бумаги.
До наступленья термидора.
Л. Вершинин
Историк был талантлив в меру
и - торжества настала дата:
он вскрыл ошибки Робеспьера,
за что и станет кандидатом!
Архивной пылью пропитался,
но доказал неоспоримо,
в чем Неподкупный ошибался
и почему - непоправимо.
Его солидную работу
ругать не нужно (и не стоит...)
И все ж, дружок! Оставь заботы
и помечтай...
Ведь ты - историк!
Представь себе, что ты - в Конвенте, когда камзол промок от пота, когда на каждом документе печатью - отблест эшафота, когда звонок не слышен в шуме, когда людей звереют лица... И ты идешь к пустой трибуне под хриплый ропот якобинцев... И вот, ссылаясь на примеры, не слыша стонов и проклятий, ты! критикуешь Робеспьера! совсем как в автореферате... Как перед стареньким доцентом, что дал тебе когда-то тему, ты представляешь документы, ты чертишь выкладки и схемы. Но в зале - вой: "Да как он смеет?!" - и, темляком метя по доскам, уже идет к тебе гвардеец, а за окном скрипит повозка... В лицо - плевки. Сверкают шпаги. Тебя ведут по коридору...
Историк прячет в стол бумаги.
До наступленья термидора.
Л. Вершинин