Возражая Пушкину

[puffinus]

Господа консерваторы очень любят к месту и не к месту цитировать знаменитую пушкинскую фразу: "...лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от улучшения нравов, без всяких насильственных потрясений". Как же, не кто-нибудь сказал - наше, понимаешь, всё!

Конечно, это больше мысль Гринёва, чем самого автора, но речь не о том. Пушкину, жившему в начале 19 века и воспитанному ещё на идеалах Просвещения, простительно было так думать. Но мы-то, вооружённые новым знанием, обязаны спросить: а с чего, собственно, нравы будут улучшаться? Нравы, обычаи, моральные нормы - всё это не падает с неба, а возникает в процессе равзития общества. Каково общество - таковы и нравы, и никак не наоборот.

Насчёт нравов я встретил любопытную мысль у Кагарлицкого. Он напоминает, что сто лет назад Макс Вебер указывал на конфуцианство как на причину непригодности народов ЮВА к капиталистическому развитию. А в конце 20 века успех капитализма в этих странах объяснялся именно конфуцианской этикой. Изменились условия - изменились и нравы, точнее, их содержание.

Так что - извините, но общественное бытие всё-таки первично. И заменить революцию морализаторством (как, впрочем, и просвещением) никак не получится.

 

Comments

Поправочка

[alien-lv.livejournal.com]

Строго говоря, Пушкин украл эту мысль у Карамзина, из знаменитых «Писем русского путешественника» (изд. в 1801 г.). Вот цитата.
«Всякое гражданское общество, веками утвержденное, есть святыня для добрых граждан, и в самом несовершеннейшем надобно удивляться чудесной гармонии, благоустройству, порядку. «Утопия» (или «Царство счастия», сочинения Моруса) будет всегда мечтою доброго сердца или может исполняться неприметным действием времени, посредством медленных, но верных, безопасных успехов разума, просвещения, воспитания, добрых нравов. Когда люди уверятся, что для собственного их счастия добродетель необходима, тогда настанет век златой, и во всяком правлении человек насладится мирным благополучием жизни. Всякие же насильственные потрясения гибельны, и каждой бунтовщик готовит себе эшафот». (Карамзин Н.М. Письма русского путешественника. М., 1988. С. 310-311.)
В 1836 г. Пушкин сначала вставил мысль Карамзина в статью о Радищеве, потом перенес ее в «Капитанскую дочку» (гл. VI).
Нетрудно убедиться, чья мысль глубже и изящнее.

Re: Поправочка

[puffinus.livejournal.com]

Ну да, просто наши консерваторы ссылаются обычно не на Карамзина, а на Пушкина. Ведь если второй - наше всё, то первый - всего лишь наше кое-что:)

Re: Поправочка

[alien-lv.livejournal.com]

Скажу больше, Пушкин был хитер, но туповат.
В детстве не мог освоить арифметику, плакал, что не понимает деления (воспоминания сестры, О. Павлищевой). В Лицее он заявлял, мол, «логики я не понимаю… логические селогизмы весьма для меня невнятны» (записано И.С. Пилецким).
"Умнейший человек России", да-да, как же. Чей комплимент, кстати? То-то и оно.
(свистящим шепотом) Его поэзия именно «глуповата» (см. письмо Вяземскому, май 1826.). Доходчива, несложна. Попса XIX века...
Dixi et levavi animam meam.

Мораль в XIX веке

[aurfin76.livejournal.com]

Основные ценности, которые религии пропагандировал в XIX веке в Европе:

1) воздаяние по заслугам, каждый должен быть вознагражден, кто тебе помог, того ты обязан отблагодарить

2) каждый должен бежать помогать любому, попавшему в беду, независимо от его веры.

Церкви и синагоги проповедовали практически одно и то же.

В то время церкви и синагоги практически забили на необходимость следования религиозным предписаниям и такие грехи как прелюбодеяние.

То что сейчас православные церковники называют экуменизмом и апостасией в 19 веке было мейнстримом в том числе в России.