Разговор с товарищем Сталиным, или О ролишке личности в истории

[puffinus]

Я хотел отмолчаться - но у меня во фредленте все бурно обсуждают эту прилепинскую похабщину. Придётся и мне вставить свои пять копеек.

Прошу обратить внимание на следующие пассажи:

Мы заработали миллионы на заводах, построенных твоими рабами и твоими учёными. Мы обанкротили возведённые тобой предприятия, и увели полученные деньги за кордон, где построили себе дворцы. Тысячи настоящих дворцов. У тебя никогда не было такой дачи, оспяной урод...
...Да, к тому же, при тебе создали атомную бомбу – что спасло мир от ядерной войны, а русские города от американских ядерных ударов, когда вместо Питера была бы тёплая и фосфорицирующая Хиросима, а вместо Киева – облачное и мирное Нагасаки. И это было бы торжеством демократии, столь дорогой нам.
Ты сделал Россию тем, чем она не была никогда – самой сильной страной на земном шаре. Ни одна империя за всю историю человечества никогда не была сильна так, как Россия при тебе.

Традиционный для современной России  (и не только современной, и не только России) взгляд. Вначале для приличия поминаются рабы и учёные. А дальше - если что-то было сделано при Сталине, стало быть, это всецело его заслуга.

Так и вспоминаются бессмертные строки Иоганнеса Бехера:

Кто построил Семивратные Фивы?
В книгах стоят имена царей.
Это цари громоздили глыбы?

Сталин сделал Россиию (какую, кстати, Россию - Российскую империю, что ли? Не СССР?) самой сильной страной в мире? Надо же, какой физической силой обладал этот уже далеко не молодой человек. И заводы он построил, и технику сконструировал... И всё - сам, никто ему не помогал.

Говорят: "Сталин выиграл войну". Пардон, разве Сталин лично участвовал хоть в одном бою? Я-то по своей серости думал, что войну выиграли бойцы и командиры, которые сами били немцев. А также работники тыла, которые обеспечивали бойцов и командиров всем необходимым ("Всё для фронта!" - то есть "Ничего для тыла!"). Сталин, конечно, чем-то там руководил - но и только. А мог бы руководить Троцкий, или Зиновьев, или кто там ещё

Но у нас нынче в ходу древнеегипетская традиция. Когда фараона изображают величиной  в двадцать человеческих ростов - и он десятками насаживает врагов на своё копьё.

Такие дела.

Comments

Вся диктаторская власть

[Борис Тулуков (from livejournal.com)]

Мне все споры в теме напомнили "старшую" тиранию в Древней Греции и высказывание Фукидида. Когда общинно-родовой строй в полисах зашел в тупик, в народе зверствовали откупщики, заимодавцы, разорялись мелкие земледельцы, люди были на гране отчаяния... Пришли тираны, в своей массе они начинали карьеру в качестве "простатов" - защитников демоса. Когда они восходили на трон, народу действительно на некоторое время становилось лучше. Тираны строили храмы, закатывали праздники с дармовым угощением, покровительствовали искусству, были образованнейшими людьми своего времени... все это, однако, еще не дает нам права считать самих тиранов «борцами» за народное дело. Главной целью тиранов было всемерное укрепление владычества над полисом и в перспективе - создание наследственной династии. Осуществить эти замыслы тиран мог, лишь сломив сопротивление знати. Для этого ему и нужна была поддержка демоса или по крайней мере благожелательный нейтралитет с его стороны. В своем «народолюбии» тираны обычно не шли дальше незначительных подачек и демагогических посулов толпе. Никто из них ничего не сделал для того, чтобы демократизировать государственный строй полиса. Напротив, постоянно нуждаясь в деньгах для выплаты жалованья наемникам, для своих строительных предприятий и других надобностей, тираны облагали подданных неизвестными ранее налогами. Так, при Писистрате афиняне ежегодно отчисляли в казну тирана 1/10 своих доходов. Тактика, применявшаяся тиранами по отношению к народным массам, может быть определена как «политика кнута и пряника». Заигрывая с демосом и пытаясь привлечь его на свою сторону как возможного союзника в борьбе со знатью, тираны в то же время боялись народа. Чтобы обезопасить себя с этой стороны, они нередко прибегали к разоружению граждан полиса и вместе с тем окружали себя наемными телохранителями из числа чужеземцев или отпущенных на свободу рабов. Всякое скопление людей на городской улице или площади внушало тирану подозрения; ему казалось, что граждане что-то затевают, готовят мятеж или покушение; жилище тирана располагалось обычно в городской цитадели - на акрополе. Только здесь, в своем укрепленном гнезде, он мог чувствовать себя хотя бы в относительной безопасности. Естественно, что в таких условиях действительно прочного союза между тираном и демосом не было и не могло быть. Единственной реальной опорой режима личной власти в греческих городах-государствах, в сущности, была наемная гвардия тиранов. Стремясь придать больше блеска своему правлению и увековечить свое имя, многие тираны привлекали к своим дворам выдающихся музыкантов, поэтов, художников. Такие греческие полисы, как Коринф, Сикион, Афины, Самос, Милет, стали под властью тиранов богатыми, процветающими городами, украсились новыми великолепными постройками. Некоторые из тиранов вели довольно успешную внешнюю политику.
Тем не менее вклад тиранов в социально-экономическое и культурное развитие нельзя преувеличивать. В этом вопросе мы вполне можем положиться на ту трезвую и беспристрастную оценку тирании, которую дал величайший из греческих историков Фукидид. «Все тираны, бывшие в эллинских государствах, - писал он, - обращали свои заботы исключительно на свои интересы, на безопасность своей личности и на возвеличение своего дома. Поэтому при управлении государством они преимущественно, насколько возможно, озабочены были принятием мер собственной безопасности; ни одного замечательного дела они не совершили, кроме разве войн отдельных тиранов с пограничными жителями».