Чисто для справки

[puffinus]

Попрошу всех запомнить: у Константина Симонова нет стихотворения "Убей немца". Нет от слова "совсем". Есть у Эренбурга, но не стихотворение, а статья, да и в ней автор, как известно, упрощает.

У Симонова есть совсем другое стихотворение. Оно называется, прямо как папская энциклика, по первой строчке - "Если дорог тебе твой дом". Выкладываю его здесь, но, поскольку оно многобуквенное - под катом.

Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты, в люльке качаясь, плыл;
Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы;

Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжаньем пчел
И под липой сто лет назад
В землю вкопанный дедом стол;
Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме фашист топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал...

Если мать тебе дорога —
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уже нет молока,
Только можно щекой прильнуть;
Если вынести нету сил,
Чтоб фашист, к ней постоем став,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав;
Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Мыли гаду его белье
И стелили ему постель...

Если ты отца не забыл,
Что качал тебя на руках,
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,
Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу;
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,
Чтоб солдатский портрет в крестах
Взял фашист и на пол сорвал
И у матери на глазах
На лицо ему наступал...

Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел,— так ее любил,—
Чтоб фашисты ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем,
Обнаженную, на полу;
Чтоб досталось трем этим псам
В стонах, в ненависти, в крови
Все, что свято берег ты сам
Всею силой мужской любви...

Если ты фашисту с ружьем
Не желаешь навек отдать
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что родиной мы зовем,—
Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Ты молчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Пусть фашиста убил твой брат,
Пусть фашиста убил сосед,—
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Раз фашиста убил твой брат,—
Это он, а не ты солдат.

Так убей фашиста, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.
Так хотел он, его вина,—
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.
Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!

Прочитайте эти стихи и попробуйте найти в них слово "немец". Убивать там предлагается не какого-то немца, а "фашиста с ружьём" - то есть вооружённого захватчика. А что ещё прикажете с ним делать, независимо от национальности? А если этот фашист с ружьём - не немец, а, допустим, итальянец?

Пожалуйста, постарайтесь избегать путаницы.

Comments

[vasche-imja.livejournal.com]

Так это не мотивация - мотивация обращается к разуму, а не к тому зверю, который внутри. А это гипнотическое приведение в ярость, как вот берсерки приводили себя в ярость перед битвой, и это измененное состояние придавало им огромную силу. Просто психотропный прием введения в боевой транс. Что интересно, один из солдат написал ответное стихотворение на это "Убей его!", в котором была как раз попытка мотивировки и в значительной степени самооправдания и желания все-таки оставаться человеком:


И вот я убил его. Он —
Такой же, как я, молодой.
И замер на миг я, забыв про бой,
И молнией мысль: тоже чей-то ведь Зон (сын. - нем.)!
Русый, как русский,
Сверстник мой прусский!

Прости меня, Муттер, за этого фрица!
Прости меня, мама, что стал я убийцей,
Что вынужден буду и впредь убивать —
Нет средства иного фашизм покарать!

Не я бы его — так он бы меня,
И плакала нынче моя бы родня,
Как плачут сегодня уже миллионы
Осиротевших советских семей,
И нет справедливей их гневного стона:
«Убей немца! Убей!»

И я вновь бросаюсь в кипение боя —
Задача моя проста,
И ненависть — чувство святое, —
Как совесть моя чиста.

Мы мстим! Мы караем! Мы судим
Фашизм — не немецкий народ!
И среди тех, кто отмщённым будет,
Будет и немец тот —
Русый, как русский,
Сверстник мой прусский,
Которого я сегодня убил!..

[puffinus.livejournal.com]

Да, эти стихи - честнее.