Обывательщины псот

[puffinus]

Сразу оговорюсь: в этом посте я выступаю как самый заурядный обыватель. Не ищите здесь марксизма, диалектики, научного подхода и тому подобных замечательных вещей. Я стараюсь следовать им в других постах, не в этом. Здесь я тупо даю волю своим обывательским эмоциям. Поэтому любые претензии из этой области я заранее отметаю как необоснованные.

Это была преамбула, а теперь начнётся амбула.

Спасибо за предложение приехать в Минск. Только возраст и здоровье уже не те. В таком положении даже ближний Екатеринбург стал для меня далекой планетой. Но я всем сердцем с вами. И я горжусь вами. ДержИтесь, не сдавайте позиции.
Владислав Крапивин.

На мой взгляд, писатель (а я, чего уж скрывать, вырос на книгах Крапивина) и не может рассуждать иначе. Писатель, интеллигент, вообще человек, претендующий на самоуважение, не может поддерживать усатого хмыря, который избивает и сажает тех, кто им недоволен. Пусть даже это полезный мерзавец, пусть он делает нужное дело (Был ты видом довольно противен, сердцем подл - но не в этом суть: исторически прогрессивен оказался твой жизненный путь...) - всё равно он гнусен. Как гнусно любое подавление и любая тирания. Поддержи всё это хоть словом - потом ведь самому до смерти будет противно в зеркало смотреть.

Люди, выступающие против этого хмыря, вполне возможно (и даже почти наверняка) придерживаются неправильных взглядов. Но это, изволите видеть, их взгляды, и они их отстаивают. Эти люди вспомнили, что у них есть какие-то права, и требуют уважения к ним. И не желают быть овцами в стаде, которое пасёт сколь угодно честный и мудрый пастух.

Уже за это они заслуживают уважения. 

Comments

[iwia.livejournal.com]

Так это как раз то, что Тарасов описал довольно точно:

Мировая история знает всего три серьезные попытки сознательного воплощения анархистского социального идеала, теорий анархизма в жизнь: Парижская Коммуна 1871 г., махновщина и «либертарный коммунизм» в Испании в 1936–1939 гг. Но в двух последних случаях имел место откровенный разрыв с принципами анархизма: там анархисты, установив этатоидную (подобную государству) власть, навязывали эту власть остальному населению (большинству) силой оружия, безжалостно подавляя и уничтожая несогласных (вопреки принципу свободы личности), а в Испании еще и превратившись в коллективных угнетателей и эксплуататоров трудящихся — в первую очередь в созданных ими «коллективах» («коммунах»).