Что тогда произошло

[puffinus]

На этих выходных исполняется 22 года с тех самых известных событий, когда и родился нынешний российский режим, который иногда называют Октябрьской республикой. 22 года прошло, но многие ли за это время поняли, что, по сути, путинский строй возник именно тогда? С тех пор он лишь совершенствовался да всё больше обнаруживал свою суть - но вовсе не менял её.

Совершенно не важно, кто в те дни был прав - Ельцин, Хасбулатов, Руцкой или кто-то ещё. Существенно другое: после 4 октября 1993 года в России установилась политическая система, основанная не на компромиссе, не на соглашении между различными силами - а исключительно на праве победителя. Некто доказал свою силу, подмял под себя всех остальных, и это даёт ему возможность диктовать им свою волю. И слово "демократия" в русском языке окончательно потеряло смысл - уже тогда можно было исключить его из словаря.

Эта система в принципе отрицает саму идею соглашения. Стремление говорить с Кремлём на равных есть бунт, который должен быть подавлен во что бы то ни стало. Поэтому должна быть исключена и возможность появления любой другой силы помимо Кремля. Вся политическая система России после 1993 года состояла из одного Ельцина, как сейчас состоит из Путина. Единственная попытка создать что-то ещё была предпринята в 1998-1999 годах, но тогда эта система сумела поглотить и переварить и Лужкова, и тем более Примакова, а сторонники этой альтернативной силы наперебой кинулись занимать места у подножия трона. Ибо только трон и имеет значение. Пусть задница на нём в 2000 году и поменялась, но что с того?

Именно эту систему, как мне представляется, и нужно ломать в первую очередь.

Comments

[puffinus.livejournal.com]

"режим Ельцина, установившийся после 93-го не был диктатурой, что в стране существовала довольно значимая оппозиция"

Я бы сказал так: существование "оппозиции" допускалось ровно в той мере, в какой она не претендовала на власть.

"У меня есть ответ на этот вопрос - есть ли он у вас?"
У меня есть не то чтобы ответ, но кое-какие соображения. Однако сперва хотелось бы услышать ваши.

[rsokolov.livejournal.com]

>>существование "оппозиции" допускалось ровно в той мере, в какой она не претендовала на власть.

Это хорошо описывает ситуацию при Путине, но не очень хорошо - при Ельцине. Губернаторы от КПРФ руководили примерно половиной регионов ("красный пояс"). В Думе у про-правительственных партий никогда не было устойчивого большинства, что, например, послужило причиной того, что Ельцин не смог утвердить Черномырдина на пост премьера в 1998-м (после того как Дума дважды отказалась за него голосовать, Ельцин уступил и предложил кандидатуру Примакова). Именно отсутствие надежной парламентской опоры привело к тому, что была создана "Единая Россия" и проведены реформы избирательного законодательства.

Вот, кстати, подходящая случаю цитата из Зорькина (того самого председателя конституционного суда, который встал на сторону Верховного Совета в 93-м): "В сегодняшних социально-политических реалиях России решение КС о правомочности запрета создания региональных партий представляется соразмерным и необходимым для защиты демократии, а также прав и свобод граждан." (Запрет на региональные партии был введен в 2001-м).

>>Однако сперва хотелось бы услышать ваши.

Тут я согласен с Таки-нетом. Для Чили демократия была устоявшейся традицией, а пиночетовская хунта воспринималась как ее грубейшее нарушение, и неизбежность возвращения к демократии была предметом всеобщего консенсуса. Несмотря на запрет, оппозиция продолжала не просто заниматься нелегальной и полулегальной деятельностью, но главное - существовать в умах граждан. Пиночет мог сохранять власть с помощью грубой силы, но у него не могло быть 86% одобрения в народе.

[rsokolov.livejournal.com]

Например, в 1980-м на референдуме по проекту новой конституции, которая с одной стороны предполагала создание гражданского правительства, а с другой - легитимизировала правление Пиночета на последующие 8 лет, "за" проголосовало 67% принявших участие в голосовании. А по опросам, проведенным накануне, поддержать ее были готовы лишь 50% населения. Оставляя в стороне вопрос о том, насколько честным был подсчет голосов, можно сделать вывод о том, что уровень оппозиции Пиночету составлял от 30% до 50%, а если учесть, что поддержка предложенного Пиночетом проекта конституции не эквивалента поддержке самого Пиночета - то и выше.