Человек, неудовлетворённый желудочно

[puffinus]

Ортега, чьему возвращению я очень рад, пишет:

Бедолагу ограбило собственное государство? Оно не выполнило своих обещаний, ввело дурацкие ограничения и сделало невозможным честный труд? Протестуйте. Идите на выборы. Разоблачайте номенклатурное ворье.
Ах, не хочется. Протестовать страшно, голосовать глупо, и вообще - всякая власть от Бога. Вот лучше бы какой-нибудь "миллиардер" с нами хлебушком поделился. Как бы замечательно стало тогда.

В принципе, верно, такой народ у нас и есть. Кушать хочет, а протестовать - наоборот. Но, господа и товарищи: когда и где было иначе? Всегда и повсюду народ хочет сперва есть, а уж потом всего остального. Сколько бы братья Стругацкие ни ржали над таким подходом в своём "Понедельнике", он остаётся самым верным. Человек сперва удовлетворяет свои матпотребности, и только после этого задумывается об удовлетворении духпотребностей (куда относятся, помимо прочего, свобода, равенство и братство).

Перепечатаю на эту тему собственный декабрьский пост, написанный по следам владивостокских событий:

Вроде бы и либералы, и наш брат левак - все мы должны радоваться любым действиям, раскачивающим пресловутую лодку - например, выступлениям наподобие владивостокского. А вместо этого рафинированные интеллектуалы воротят нос от протестующих мелких буржуов. Требования то у них - экономические, фи! В приличном обществе о таком не говорят.

Господа и товарищи! "Сердца - на жертвенник свободы!" - это красиво. "Вставай, проклятьем заклеймённый..." - тоже красиво. Но, чтобы расшевелить народ, этого мало. У народа, господа-товарищи, самая эрогенная зона - желудок. И, пока её не простимулируешь, толку не жди.

Вспомним тех же парижских санкюлотов. Казалось бы, ребята - революционней некуда; да они на самом деле таковы и были. Но чего эти санкюлоты требовали от стоявших у власти жирондистов, а затем якобинцев? В первую очередь - твёрдых цен на продовольствие и почаще казнить... кого? Аристократов? Заговорщиков? Монархистов? Шпионов? Нет - хлебных спекулянтов. Революция революцией, но кушать-то хочется - а когда сосёт под ложечкой, воспоминание о том, как королю сделали секир-башка, утешает слабовато. А в результате (с точки зрения истории) - эгалитэ и фратернитэ.

Так что - не брезгуйте, господа-товарищи, экономизмом. Он дорогого стоит.

Dixi.

Comments

[el-cambio.livejournal.com]

Деляться подельники, а люди зарабатывают.

Если их права нарушаются - они их отстаивают.

[puffinus.livejournal.com]

Назвать можно по-разному, но всё равно ведь в основе - перераспределение ресурсов. И, думаю, сами работодатели охотно согласились бы назвать это "делёжкой", а не "социал-демократией", лишь бы отдавать хоть немного меньше:).

[el-cambio.livejournal.com]

Да что же Вы их по умолчанию виновными-то считаете?

[puffinus.livejournal.com]

Виновными в чём? Кто же добровольно, без нажима, согласится пожертвовать хоть малой частью своих доходов? [немного подумав] Я бы не согласился.

Мне кажется, что Вы усложняете довольно простую вещь. Имущие граждане более, чем кто-либо ещё, заинтересованы в общественной стабильности - поскольку, случись что, именно их собственность в первую очередь окажется под угрозой. Стабильность же тоже имеет цену, её можно купить. В этом и суть.

Можно с полугопническим видом требовать "делиться". Можно, побрившись и повязав галстук, говорить о "более справедливом распределении доходов". Как одну и ту же мысль можно изложить на любом языке.

[el-cambio.livejournal.com]

Знаете, если на человека наехала гопота с распальцовкой - он будет отстреливаться.

Это не значит, что он не готов к дискуссии об увеличении зарплаты со своими работниками, особенно если работа выполняется хорошо.

[puffinus.livejournal.com]

Ну, в России вообще-то распальцовку применяет, как правило, наниматель. И к дискуссии об увеличении зарплаты он в большинстве случаев не очень готов.

[el-cambio.livejournal.com]

Если применяет распальцовку - тогда пусть не жалуется. "Кровавым Воскресеньем" царская власть в свое время тоже пальцанула.

[puffinus.livejournal.com]

Вот с этим соглашусь без малейших возражений.